Цель исследования: определение взаимосвязи между значениями механической дисперсии (МД) и развитием желудочковых аритмий (ЖА) у пациентов с ишемической болезнью сердца (ИБС), перенесших инфаркт миокарда (ИМ), с использованием двухмерной спекл-трекинг-эхокардиографии.

Материал и методы. В исследование было включено 80 пациентов с ИБС и постинфарктным кардиосклерозом (перенесших ИМ левого желудочка (ЛЖ) с зубцом Q на ЭКГ). Пациенты были разделены на 2 группы: с наличием ЖА – 58 пациентов и без ЖА – 22 пациента. Средний возраст пациентов составил 61,6 ± 9,7 года. Первая группа, в свою очередь, была разделена на 3 подгруппы в соответствии с классификацией степени тяжести ЖА B. Lown и M. Wolf: 1-я подгруппа — пациенты с ЖА I–II класса (n = 20), 2-я — с ЖА III класса (n = 16), 3-я — с ЖА IV–V класса (n = 22).

Результаты. При анализе показателей стандартной эхокардиографии у больных ИБС, перенесших ИМ, статистически достоверных различий между группами пациентов с и без ЖА не было выявлено. При проведении многофакторного дисперсионного анализа не было выявлено статистически значимых различий по показателю глобальной продольной деформации ЛЖ (GLS) (F = 1,234; p = 0,334). Однако пациенты с ЖА IV и V классов продемонстрировали статистически значимые более высокие значения МД (F = 96,149; p < 0,001). Между значениями МД и количеством желудочковых экстрасистол была установлена статистически значимая прямая корреляционная связь умеренной тесноты по шкале Чеддока (r_xy = 0,46; p < 0,001). Увеличение количества желудочковых экстрасистол на 1 приводит к увеличению МД на 0,002 мс. При построении прогностической модели были получены следующие результаты: площадь под ROC-кривой, соответствующей взаимосвязи прогноза ЖА и МД, составила 0,905 ± 0,033 с 95% ДИ 0,841–0,969. Полученная модель была статистически значимой (p < 0,001). Пороговое значение МД в точке отсечения равно 14,95 мс. При МД, равной или превышающей данное значение, прогнозировался высокий риск ЖА. Чувствительность и специфичность метода составили 84,5 и 81,8% соответственно.

Заключение. Анализ показателя МД в исследуемых группах продемонстрировал более высокие значения в группе с ЖА в сравнении с группой без ЖА. При этом GLS у пациентов с ЖА не отличался по сравнению с группой без ЖА. Значения МД у пациентов с ИМ 14,95 мс и более ассоциировались с высоким риском развития ЖА. Результаты нашего исследования подчеркивают важную роль использования технологии спекл-трекинг-эхокардиографии с определением МД в прогнозировании ЖА у больных ИБС.

Цель исследования: оценка роли количественных ультразвуковых показателей атеросклеротической бляшки (АСБ) в качестве предикторов развития первичной комбинированной конечной точки у пациентов с каротидным атеросклерозом.

Материал и методы. Было обследовано 675 пациентов с каротидным атеросклерозом, не имеющих на момент включения в исследование документированного эпизода транзиторной ишемической атаки или ишемического инсульта, 48,4% мужчины, средний возраст 66 [61; 72] лет. Всем были выполнены электрокардиография, эхокардиография, дуплексное сканирование сонных артерий с оценкой степени стеноза по NASCET и максимальной высоты бляшки с последующим анализа изображений АСБ в формате DICOM. В компьютерном приложении (собственная разработка) выполнены расчет общей площади АСБ и сегментация изображения по диапазонам серой шкалы (“кровь”, “липиды”, “мышечный и фиброзный компоненты”, “кальций”). Наблюдение проводилось в течение 5 лет. За первичную комбинированную конечную точку принято развитие ишемического события в бассейне сонной артерии на стороне поражения, или хирургическое лечение каротидного стеноза. Полученные различия считались статистически значимыми при p <0,05.

Результаты. За период наблюдения 85 пациентов (12%) достигли первичной комбинированной конечной точки. Это событие возникало в 3 и 10 раз чаще при наличии у пациентов АСБ I или II типов по Gray-Weale, чем при III и IV типах, соответственно. Независимыми предикторами в модели стратификации пятилетнего риска развития первичной комбинированной конечной точки стали степень стеноза по NASCET, максимальная высота бляшки и показатели сегментация изображения АСБ за исключением “фиброзного компонента”. Пациенты были разделены на три группы: группу “высокого риска” развития события (прогнозируемый общий пятилетний риск (ОР) составил 30% и более) – 136 человек (21%), группу “низкого риска” (менее 15% ОР) – 405 человека (64%) и группу “среднего (промежуточного) риска” (от 15% до 30% ОР) – 99 человек (15%). Медианные значения степени стеноза по NASCET и максимальной высоты АСБ составили для группы низкого риска 15 [4; 25]% и 2,5 [2,1; 3,1] мм, среднего риска 24 [14; 27]% и 3,0 [2,5; 3,6] мм, для группы высокого риска 50 [38; 69]% и 4,3 [3,8; 5,5] мм, соответственно (p <0,0001).

Выводы. Степень стеноза по NASCET, максимальная высота бляшки и результаты сегментации серошкального изображения АСБ по диапазонам серой шкалы являются значимыми независимыми предикторами развития первичной комбинированной конечной точки у асимптомных пациентов с каротидным атеросклерозом.

Цель исследования: изучить ультразвуковые особенности поражений почек у детей с туберозным склерозом (ТС) в зависимости от генетического варианта заболевания.

Материал и методы. В поперечное исследование были включены дети с установленным диагнозом ТС (до 18 лет включительно). Были получены данные результатов ультразвукового В-сканирования почек 137 детей в возрасте от 1 мес до 18 лет, из них с патогенным вариантом TSC1 – 27/137 (19,7%), TSC2 – 76/137 (55,5%), TSC2/PKD1 – 4/137 (2,9%) и с неустановленным генетически вариантом заболевания – 30/137 (21,9%) (диагноз был установлен по клиническим критериям). Был проведен анализ изменений почек в зависимости от генетического варианта заболевания.

Результаты. По результатам ультразвукового исследования у 85,4% (117/137) пациентов были выявлены поражения почек в виде кист и ангиомиолипом (АМЛ). Для пациентов с патогенными вариантами TSC1 наиболее характерным было поражение почек в виде АМЛ (59,3%,) в то время как у пациентов с патогенными вариантами TSC2 и с синдромом смежных генов TSC2/PKD1 (TSC2/PKD1-ССГ) чаще встречалось сочетанное поражение почек АМЛ и кистами (в 51,3 и в 100% соответственно). Множественные и крупные АМЛ были наиболее характерны для пациентов с патогенными вариантами гена TSC2, в то время как пациенты с TSC2/PKD1-ССГ типом заболевания имели преимущественно поражение множественными крупными кистами, которые визуализировались уже в первые годы жизни пациентов.

Заключение. Ультразвуковое исследование является простым и широкодоступным методом диагностики, позволяющим своевременно оценить состояние почек у детей с ТС, в том числе на этапе установления диагноза, что может иметь важное значение для предотвращения развития осложнений в виде спонтанных кровотечений, аневризм, нарушений уродинамики. 

Актуальность: Рост и развитие матки и яичников у девочек в раннем возрасте может оказывать влияние на репродуктивную функцию в дальнейшем. Ультразвуковая характеристика органов малого таза и референсные значения их размеров подробно описаны у девочек старших возрастных групп, в то время как данных об их состоянии на первом году жизни крайне мало.

Цель: оценить размеры матки, яичников и фолликулов и динамику их роста у здоровых девочек первых 13 мес жизни по данным ультразвукового метода исследования.

Материал и методы: Ультразвуковое исследование органов малого таза проведено 342 здоровым девочкам в возрасте от 2 дней до 13 мес по стандартной методике линейными мультичастотными датчиками. Объем матки и яичников (см³) рассчитывали по формуле эллипса: 0,523 х длина х ширина х толщина (см).

Результаты: Матка визуализировалась у 100% обследованных девочек, оба яичника визуализировались – у 79%. Медиана длины матки (вместе с шейкой) составила 29 мм (min–max 13–45 мм); длины яичника – 13 мм (min–max 8–32 мм). Траектория изменений размеров матки и яичников у девочек на первом году жизни различалась: объем матки был максимальным сразу после рождения, к 3 мес он уменьшался примерно в 2 раза и оставался таким до конца наблюдения; объем яичников увеличивался после рождения, достигая максимума к 2 мес, после чего уменьшался примерно в 2 раза к 4 мес и оставался таким (с небольшими колебаниями) до конца наблюдения (13 мес). Траектория изменений максимального размера фолликула повторяла траекторию объема яичников, но с меньшей амплитудой. В каждом яичнике определялось от 1 до 10 фолликулов в срезе (Me – 3). Медиана максимального размера фолликула в правом яичнике составила 5 мм (min–max – 2–16) мм, в левом – 4 мм (min–max – 2–19 мм). Различий размеров матки, яичников и фолликулов у девочек, находившихся на грудном и искусственном вскармливании, не выявлено.

Выводы: Размеры матки у девочек в норме максимальны сразу после рождения и значительно уменьшаются к 2 мес жизни. Размеры яичников и фолликулов, напротив, значительно увеличиваются к 2 мес жизни, уменьшаясь до исходного уровня к 4 мес, что может отражать временную активацию гипоталамо-гипофизарной системы ребенка после рождения. Вид вскармливания не влияет на размеры половых органов девочек на первом году жизни. Референсные значения размеров матки, яичников и фолликулов у здоровых девочек могут быть использованы в практической работе для дифференциальной диагностики физиологических и патологических состояний.

Цель исследования: оценка возможностей и ограничений ультразвукового метода в визуализации желчных путей у детей различных возрастных групп и установление возрастных нормативов диаметров основных структур билиарного тракта.

Материал и методы. Комбинированное (проспективно-ретроспективное) исследование 6722 детей (1 мес – 17 лет) без патологии гепатобилиарной системы. Использовали стандартизированный протокол измерений на аппаратах экспертного класса с оценкой межоператорской воспроизводимости (ICC, n = 50). Статистическая обработка: медиана, 5–95 процентили, оценка межгрупповых различий (критерий Краскела–Уоллиса, p < 0,01).

Основные результаты. Выявлены значительные возрастные различия в возможностях визуализации структур билиарного тракта. Внепеченочные протоки стабильно визуализируются с высокой частотой во всех возрастных группах (ОЖП – 94,8–99,7%, ОПП – 78,5–93,5%). Визуализация внутрипеченочных протоков имеет выраженную возрастную зависимость: визуализация долевых протоков становится возможной с 1–3 лет (12,3%) и прогрессивно улучшается к подростковому возрасту (86,2%). Пузырный проток остается наименее доступной для визуализации структурой во всех возрастных группах (максимум 35,1% у подростков). Установлены детальные возрастные нормативы диаметров основных желчных протоков. Межоператорская согласованность высокая для ОЖП (ICC = 0,92) и умеренная для ОПП (ICC = 0,84).

Выводы. По результатам нашего исследования получены значения диаметров внепеченочных желчных протоков у детей в различных возрастных группах. 

Цель исследования: оценить возможности мультипараметрического ультразвукового исследования с использованием высокочастотных датчиков (18–24 МГц) для мониторинга ранних изменений после фотодинамической терапии (ФДТ) у пациентов с базально-клеточным раком кожи (БКРК).

Материал и методы. В проспективное одноцентровое исследование включен 31 пациент с 51 гистологически верифицированным очагом БКРК. Всем пациентам выполняли мультипараметрическое ультразвуковое исследование на ультразвуковом сканере Aplio i800 (Canon, Япония) c линейными датчиками частотой 18–24 МГц до и через 24 ч после сеанса ФДТ. Протокол включал оценку образования в B-режиме, в режимах допплеровского и энергетического картирования, в том числе с оценкой микрокровотока (ADF и SMI) с расчетом VI, при компрессионной эластографии и при флуоресцентной спектрометрии.

Результаты. До лечения все опухоли визуализировались в коже как гипоэхогенные образования с четкими контурами, средней толщиной 3,7 ± 1,2 мм, неоднородной солидной структуры, с выраженной васкуляризацией (VI 32,4 ± 4,1). Через 24 ч после ФДТ зафиксировано статистически значимое снижение VI до 4,2 ± 1,8 (p < 0,001). В B-режиме отмечены увеличение толщины опухоли до 4,4 ± 1,3 мм, снижение четкости контуров и признаки перифокального отека. Флуоресцентная контрастность снизилась с 1:4 до 1:1. Эластографические показатели не продемонстрировали значимой динамики в ранние сроки.

Заключение. Мультипараметрическое ультразвуковое исследование с высокочастотными датчиками (18–24 МГц) является информативным неинвазивным методом раннего контроля эффективности ФДТ. Наиболее значимым ультразвуковым маркером ответа на лечение служит выраженное снижение интратуморального кровотока, количественно оцениваемое с помощью микродопплеровских методик, что обусловлено ведущим механизмом действия ФДТ – фотохимическим повреждением сосудов микроциркуляторного русла опухоли и развитием коагуляционного некроза.

Внедрение допплерографии в клиническую практику позволило наблюдать изменения сосудистой сети матки после завершения беременности. Феномен усиленной васкуляризации миометрия (УВМ) указывает на замедленное восстановление параметров кровотока, часто ассоциирован с задержкой продуктов зачатия в полости матки (retained products of conception – RPOC), но имеет сходные акустические характеристики с артериовенозной мальформацией матки.

Актуальна дифференциальная диагностика сосудистых аномалий с RPOC, поскольку, с одной стороны, это может вести к избыточному лечению, с другой стороны – к ятрогенному профузному кровотечению в случае попытки хирургической эвакуации содержимого полости матки при нераспознанной сосудистой аномалии.

Хотя ангиография является “золотым стандартом” диагностики, многие специалисты в последние два десятилетия для выявления УВМ предпочитают допплерографию ввиду неинвазивности и полезности для определения тактики лечения, включая необходимость применения эмболизации маточных артерий. К настоящему времени дифференциальная диагностика физиологических и патологических особенностей миометрального кровотока не разработана, не выделены маркеры, указывающие на вероятность спонтанного регресса либо персистенции УВМ с риском профузного кровотечения. Клиническое значение феномена УВМ у асимптомных пациенток также неясно.

Картирование зоны сосудистой аномалии с использованием допплерографии позволяет четко определить распространенность процесса и предупредить осложнения при выборе оптимального метода хирургического вмешательства.

Представлен стандартный протокол ультразвукового исследования молочных желез. Документ состоит из технологического и описательного протоколов. В технологическом протоколе описана методика ультразвукового исследования молочных желез. Описательный протокол содержит подробное представление результатов ультразвукового исследования молочных желез, которое заканчивается заключением. Разбираются современные отечественные и зарубежные диагностические рекомендации (BI-RADS® v2025 Manua), определяющие показания к проведению ультразвукового исследования молочных желез.

Представленный стандартный протокол ультразвукового исследования молочных желез полностью соответствует действующим российским клиническим рекомендациям и не противоречит зарубежным диагностическим рекомендациям.